USD: 63.63
EUR: 70.92
  1. Спецпроекты
  2. Интервью
В Ставрополе актёры рассказали о театральных приметах и поведали байку про «Эксцентричную инженю»

Илона Домарева
В Международный День театра «Кавказ Пост» прогулялся по закулисью и собрал самые интересные истории.
Театр – это суверенное государство, живущее по своим собственным законам. В нём, как и в любом другом, есть президент, постоянное население и даже свои обычаи и традиции. И сегодня я расскажу о приметах, которые составляют этот бумажно-фанерный мир с нарисованным солнцем, пластмассовыми домами и поролоновыми деревьями. А для этого предлагаю совершить небольшую экскурсию по Ставропольскому академическому театру драмы, первому русскому театру на Северном Кавказе. Давайте в порядке исключения поднимемся сюда не по парадной лестнице, как привыкли, а войдём с чёрного хода. И потому первый человек, которого мы встретим, будет вахтёр. А именно Мария Котельникова. Женщина улыбчивая и готовая всегда прийти на выручку. Сегодня она, как и всегда, на своём любимом посту.

- Я всю жизнь проработала в театре, – с готовностью начала рассказ Мария Ивановна. - Сперва была костюмером, потом парикмахером, а на старости лет перебралась на вахту.

- В таком случае, Вы как никто другой знаете о театре всё, в том числе и о его, так скажем, суеверной составляющей, - спросила я. На это женщина с удовольствием ответила: признаюсь честно, актёры действительно очень суеверные люди. Помню по молодости, когда я ещё служила костюмером, некоторые даже запрещали мне их костюмы стирать, чтобы, якобы «не отстирать удачу». Да и вообще театр – место совершенно особенное, какое-то мистическое.

Затем женщина ненадолго задумалась - знаете, иногда даже жутко становится по ночам. Идёшь по коридору и вдруг раз… Словно кто-то тебя взглядом сверлит и обернуться страшно, а ведь понимаешь, что никого тут нет.

- Так может это привидения шалят? – спросила я

- Ой, да какой там! - рассмеялась Мария Ивановна. – Нет, конечно, просто тут такая энергетика сильная! Вот представьте, под этой крышей сотни жизней! А то и тысячи! Я имею в виду, что когда артист играет роль, он же через себя её пропускает, т.е. в какой-то мере становится другим человеком, а сколько в труппе актёров, а сколько их раньше было. Это я про старую гвардию ещё… Конечно, эти люди уже давно нас покинули, но их души (и я не имею в виду призраков) всё равно остались здесь, в этих стенах, потому что если ты хоть раз вошёл в театр, скажем так, с «чёрного хода», он тебя уже не отпустит. Никогда».

Затем Мария Ивановна подсказала нам, куда идти дальше и снова вернулась к работе.
А вот мне теперь интересно, мы - то с Вами сегодня тоже зашли с чёрного хода, получается, что нас ожидает точно такая же участь? Ну… поживём-увидим, а пока двинемся по истёртым десятками подошв ступеням на третий этаж, там повернем налево и прямиком в кабинет заведующего музыкальной частью, а если быть точнее - заведующей. В просторной комнате, которую очень любит солнце, с высоким потолком и глянцевым фортепиано нас встречает Евгения Сафронова, светловолосая и улыбчивая молодая женщина. Она - театральный композитор и бесконечно творческий человек, который, как оказалось, совсем не верит в приметы.

- На самом деле я не суеверная. Конечно, если чёрная кошка вдруг перебежит дорогу, неприятно становится, но в целом я стараюсь верить только в доброе. Однако, театр – место особенное, поэтому, как ни крути, не смотря на весь скептицизм, заражаешься всеобщим суеверием. Да и потом, в театре очень мощная энергетика. Сейчас, если уж мы завели разговор о приметах, я буду смотреть на них с точки зрения музыкальных спектаклей. Так, например, если первое исполнение музыки, написанной к новой постановке, некий «тест-драйв» на актёрах, проходит на «УРА!», я уже заранее знаю, что и весь спектакль обречён на успех. Или, когда идёт запись песенных фонограмм и записать удаётся с первого же дубля, мне абсолютно ясно, что публика будет любить этот спектакль. А вообще работа именно над музыкальными постановками почему-то всегда перерастает в дружбу. Между людьми неизменно возникает какое-то доверие и понимание, да и вообще музыка сближает. Но главное, если материал создаётся в любви, именно в любви, тогда он уже просто не может не понравиться зрителям! Но вообще всё в руках Божьих и, конечно, в руках самого человека, а суеверия… они и есть суеверия.
После недолгой беседы с Евгенией Сафроновой мы спускаемся на два лестничных пролёта и стучим в дверь с металлической табличкой «Грим-уборная №3», где нас уже ждут.

«Да-да, войдите!» – раздаётся за дверью приятный женский голос и тогда мы поворачиваем ручку и оказываемся в уютной, с любовью обставленной комнате, по которой сразу видно, что для актёров это не просто временное обиталище – это дом. Нам на встречу выходит миниатюрная блондинка Елена Днепровская. Актриса приглашает нас на мягкую софу, угощает чаем с вареньем, а заодно отвечает на мои вопросы.

- Примет у артистов много, а ещё больше их интерпретаций. Но, наверное, самая известная – это про падающую роль. Мы, актёры, считаем, что если текст роли падает на пол – это не к добру. Поэтому на него необходимо сесть, чтобы, скажем так, исправить ситуацию и отвести беду. Я не могу сказать, что действительно верю в это, но, скорее всего, уже на автомате всё равно сажусь. А если нет возможности сесть, ну, допустим, я в короткой юбке пришла, тогда я эту роль поднимаю и хлопаю себя по… Ну вы поняли…(девушка смеётся).

- Но хотя такая примета и существует, многие режиссёры шутят: « Не этим местом роль делаешь». Разумеется, они правы. Ещё лично я никогда не ем до спектакля, а если до начала остаётся меньше трёх часов, даже чай не пью, потому что знаю, поем – всё. Спектакль будет плохой, и я сыграю сегодня не так хорошо, как могла бы. А ещё, непосредственно перед выходом на сцену, всегда крещусь, – девушка ненадолго задумывается, а потом хитро улыбается. - Я знаю, что у артистов есть ещё одна странная примета, но сразу оговорюсь - не у меня! Некоторые мои коллеги перед спектаклем не справляют нужду, представляете? А аргументируют это тем, что «актёр всегда должен чего-то хотеть», - смеется.

- Елена – спрашиваю я, - Может быть, у Вас есть какой-то определённый ритуал перед выходом на сцену?

- Ну вот, сейчас выведаете все мои секреты, – улыбается. - А ритуал действительно есть. Мне его когда-то посоветовал один режиссер: перед самым спектаклем, когда ты ещё сидишь за гримёрным столиком, нужно сказать себе в зеркало «Я!» И говорить до тех пор, пока ты своим ухом не услышишь, что тебя устраивает интонация, с которой ты это «Я!» сказал. А вообще сцена – это «намоленое место», святое! Она даже лечит. И я серьёзно, если ты выходишь играть и у тебя что-то болит, то во время спектакля всё проходит! Даже температура снижается, потому что ты уже на самом деле не ты, а твой герой, а ведь он не болеет!»
Елена Днепровская.
Когда мы с Еленой допивали чай, точнее допивала я, а Елена даже не пригубила, ведь скоро спектакль, в кабинет заглянули двое молодых артистов - Евгений Задорожный и Полина Полковникова, и артист постарше и поопытней, ни много, ни мало, почётный деятель искусств Ставропольского края - Игорь Барташ. Все трое сразу вступили в беседу.

- Одна из главных театральных примет, – сказал Евгений, - Это найти на сцене гвоздь! Все мы ещё со студенческой поры знаем – нашёл гвоздь, получишь роль – эта фабула всегда неизменна, а вот дальше начинаются вариации «на тему». Одни говорят, что чем гвоздь изогнутее, тем значимее роль ты получишь. Другие утверждают, что гвоздь, напротив, должен быть длинным и прямым. А вот если ты вдруг находишь его во время гастролей на сцене какого-нибудь сельского Дома культуры, его подбирать ни в коем случае нельзя, чтобы, так скажем, не скатиться вниз по карьерной лестнице. Кстати, некоторые актёры просто коллекционируют свои железные трофеи в каких-нибудь ящичках, а некоторые вбивают их дома в дверной косяк, к примеру».

- Да! С гвоздями – это, как и с падающей ролью, настоящее сумасшествие! – подхватила Полина, - В это верят, наверное, все без исключения! А если и не верят, то автоматически садятся на текст упавшей роли или мимоходом собирают по театру гвозди, благо их тут после постоянной смены декораций валяется в избытке. Кстати, однажды я наблюдала забавную картину: одна, уже довольно пожилая актриса, найдя гвоздь, не просто механически сунула его в карман, а несла его на ладони, как живое существо и гладила приговаривая: «Ты же мой хороший, пойдём домой!» Но что самое интересное, вскоре она действительно получила главную роль! Или ещё есть такая примета, если на сцене находишь шпильку, значит, в ближайшее время у тебя появится поклонник, ну или поклонница. Конечно, особенно богатый урожай шпилек можно собрать после исторических спектаклей, когда все актрисы со сложными причёсками и прикреплёнными шиньонами. А вообще у многих актёров есть собственные приметы, например, у меня почти перед каждым спектаклем свой «магический» ритуал. Перед одним «из» я ложусь на сцену за закрытым занавесом и через крохотную щелочку смотрю сколько же людей в зале. Но главное, у меня в плейлисте на каждый новый спектакль добавляется по одной новой песне, которую я обязана послушать перед выходом и если вдруг этого не сделаю, то очень переживаю».

- Конечно, в первую очередь, всё зависти от конкретного человека и от того верит он или нет – добавил Игорь. - Вот я, к примеру, в приметы совсем не верю и никаких особенных ритуалов перед выходом на сцену у меня просто нет.
После этого он познакомил меня с театральным режиссёром Валентином Бирюковым, который тоже с радостью согласился ответить на мои вопросы.

- Скажу сразу, я человек очень суеверный, – начал Валентин Валентинович. - Наверное, как и все режиссёры. Например, когда я выбираю новый материал для работы, читаю его очень внимательно и между строк. В пьесе всегда должна быть ключевая сцена или даже одно-единственное слово, которое обязано меня либо рассмешить, либо довести до слёз. Если же этого не происходит, я просто не берусь работать с этим материалом, каким бы хорошим он на самом деле ни был. А вообще я очень боюсь, когда всё идёт хорошо. Это значит, что в самый последний момент обязательно случится какая-нибудь гадость! К примеру, заболеет исполнитель главной роли.
Режиссер Валентин Бирюков.
Когда я уже вышла из кабинета Валентина Валентиновича и собиралась уходить мы случайно столкнулась с театральной знаменитостью. Нет, это была вовсе не примадонна сцены, как Вы могли бы подумать, а скромная гардеробщица тётя Люся. Ей не рукоплещет переполненный зал, но зато её обожают все, кто служит театру (кстати, актёры, декораторы, вахтёры, осветители предпочитают именно этот глагол более привычному «работать»). Тётя Люся женщина хоть и пожилая, но очень яркая, она одевается с удивительным вкусом и умеет сочетать казалось бы несочетаемые вещи! Кружевной зонтик и резиновые калоши или красное пальто и салатовую шляпку с искусственными перьями, а на работу, с разрешения начальства, приходит с карликовой таксой золотисто-сосисочного цвета. Но самое главное, она служит театру уже тридцать лет, а театр, в свою очередь, служит ей. И именно тётя Люся рассказала нам самую невероятную историю.
Оказывается, в подвалах «Ставропольской драмы» живёт настоящее привидение! Это призрак «эксцентричной инженю». Поговаривают, что это эфемерное создание перекочевало в новое здание театра из старого, в котором храм искусства находился ещё в концеXIX столетия.

- Это призрак несчастной актрисы, которая всегда мечтала о главных ролях, но из-за своего маленького росточка и тоненького голоска могла играть только юных девочек или юных мальчиков. Эта бедняжка повесилась после того, как главная роль снова досталась не ей. А сегодня, когда в театре появляется новая прима, «эксцентричная инженю» обязательно начинает ей пакостить. Например, ворует шпильки и даже может утащить туфлю перед самым спектаклем, – вдохновенно рассказывает тётя Люся. Впрочем, кроме неё в существование завистливого призрака никто не верит, а некоторые и вовсе о ней не слышали.

В театре я провела больше двух часов, однако, время пролетело совершенно незаметно, а когда я уже возвращалась к чёрному ходу через подвал, на который мне указала тётя Люся, вдруг почувствовала чей-то взгляд, сверлящий спину. Я остановилась и на мгновение мне стало страшно, поскольку я сразу же подумала об «эксцентричной инженю», но, как и вахтёр Мария Ивановна, обернуться не рискнула. Однако стоило мне сделать шаг, как «БАМ!» - У меня за спиной что-то упало на старый дощатый пол. Я обернулась и что бы Вы думали? Увидела туфлю! Маленькую женскую туфельку на пузатом каблучке-рюмочке, изящный фасон которой и парчовый бантик на боку явно свидетельствовали о временах правления Людовика XIV. Честное слово, я, правда, не знаю, откуда свалилась эта туфелька! Ведь вокруг никого не было, да и недавно отремонтированный подвал выглядел весьма дружелюбно и совсем не напоминал мрачное пристанище призраков! Но как бы там ни было, туфелька свалилась буквально с потолка, честное пионерское! А я после этого поспешила скорее унести ноги из этого удивительного театрального мира, в котором всё правда и вместе с тем - ложь.
Опубликовано 27 Марта 2018 в 10:18