USD: 63.72
EUR: 70.76
  1. Спецпроекты
  2. Обзоры


Знакомьтесь, Горбачев!
Почему на Аллее почетных граждан Ставропольского края нет бюста Михаила Горбачёва?



Олег Парфёнов
О себе, о стране, о мире
В Москве 8 ноября прошла российская премьера фильма документалистов Вернера Херцога и Андре Зингера о первом и единственном президенте СССР, уроженце Ставрополья Михаиле Горбачеве.
Картина «Знакомьтесь, Горбачев!» состоит из ряда интервью с политиком, в которых он рассуждает о себе, о ситуации в СССР на его излете, о положении в мире и опасности новой холодной войны. Горбачев показан через главные вехи своей эпохи: послевоенный Советский Союз. Застой. Перестройка. Чернобыль. Берлинская стена. Путч. Развал СССР.

«Раньше он казался мне недосягаемым отстраненным политиком. Но сейчас я знаю, что это человек. Со своей судьбой, со своими трагедиями. Со своим взглядом на тот коллапс, что происходил вокруг него», - представляют авторы фильма экс-президента Советского Союза в фильме.
Документалисты отмечают, что для российского зрителя фильм вряд ли станет откровением. Он создавался не для того, чтобы понять, кто такой Горбачёв. Скорее, лента нужна Западу, его политикам и рядовым гражданам - им важно сегодня понять, кто они, и что для них значил Советский Союз и его последний руководитель.

Однако и у нас в стране, как бы это ни показалось странным, до конца не понимают, кем был первый и последний президент СССР на своем посту, в чем вообще заключается его историческая миссия.
Оттепель, и не более
…Смерть Сталина в 1953-м лишь приостановила всеохватный геноцид российского народа. Прозвучал хрущевский доклад «О культе личности и его последствиях», ставший шоком для верных ленинцев и надеждой на спасение для миллионов жертв большевистского террора. Тело «вождя всех народов» вынесли из Мавзолея, его памятники подлежали демонтажу, имя его стирали с названий улиц и городов, страна осудила насилие.

Это был первый шаг в разоблачении тоталитарного режима, попытка направить общество по пути демократии. Однако ко второму шагу страна оказалась не готова - о том, чтобы посягнуть на руководящую роль партии, ослабить ее монополию никто даже не помышлял. Н.С. Хрущев осудил систему, но взамен старых, отживших методов работы ничего нового предложить не смог.

В пожарном порядке партия формулирует «очередные задачи идеологической работы».
с прежним усердием набивали несостоятельными и лживыми большевистскими лозунгами
Вслед за этим, как поганки, повсюду стали расти вечерние университеты марксизма-ленинизма, лекционные бюро, партшколы, где на трудах «великих кормчих» головы обывателей с прежним усердием набивали несостоятельными и лживыми большевистскими лозунгами…

Оттепель обернулись девятым валом атеистического мракобесия, наскоком на «инакомыслящих», расстрелом забастовки рабочих в Новочеркасске, подавлением восстания в Венгрии, для мировых держав - «кузькиной матерью» и стуком штиблета по трибуне на заседании Генеральной ассамлеи ООН.
Экономика страны не смогла отделаться от своей мобилизационной сути, фабрики и заводы по-прежнему выпускали неконкурентную с Западом продукцию, сельское хозяйство впало в кукурузную эйфорию, вчерашние колхозники, получив паспорта, толпами побежали в город.

Наконец система ополчилась и против Хрущева, почуяв для себя в нем угрозу, - сначала ЦК партии поддержал его, а потом, в 1964-м, так же безапелляционно свалил.

Надежду на положительные перемены в развитии общества и государства поначалу подарила политика Леонида Ильича Брежнева.
С помпой приняли новую Конституцию, с высоких трибун прозвучали заклинания об экономной экономике, ускорении научно-технического прогресса, самостоятельности предприятий, однако даже робкая косыгинская реформа 1965 года была сведена на нет. Затратное, неэффективное, малопродуктивное народное хозяйство неслось под откос. СССР расправился с «пражской весной», ввязался в афганскую авантюру, последствия чего страна испытывает до сих пор.
Страх живёт внутри нас
С каждым годом признаки застоя проявляли себя все резче, что только упрочило махровую безнаказанность советско-партийной элиты. Свернута была борьба с культом личности, более того, последовала его реанимация, идеология постсталинизма стала набирать силу.

Инакомыслящих выгоняли с работы, выдворяли за кордон, запирали в психушки с диагнозом «вялотекущая шизофрения». По свидетельству изолированных в психиатрических больницах, «лечение» было страшнее, чем тюрьма или лагерь. Бархатный брежневский период по сути своей оказался глубоким кризисом, вызовам времени был поставлен прочный заслон.
На политический Олимп взошел Юрий Андропов - опытный политик, человек, безусловно, умный и проницательный.
Он ясно осознавал, что общество ждет от партии ответов на множество накопившихся вопросов. Однако и на этот раз к осмыслению новой реальности генсек и его окружение оказались не готовы, все реформы свелись к «наведению порядка», в том числе в сфере идеолгии.

Чекист Андропов остался верным сыном большевистской партии. Почувствовав «нездоровые» настроения в обществе, носителями которых внутри государства были «диссиденты», «космополиты» и прочие «вырожденцы» всех мастей, генсек выбрал наступательную позицию. Попытки вынести на публичное обсуждение тему прав человека приравнивались к уголовному деянию. Специфика работы Андропова в «органах» на посту генсека проявилась в полной мере. Неосторожно сказанное слово, анекдот про партийных вождей могли обернуться скамьей подсудимых. Страх стал главным регулятором общественных настроений.
Последовала новая волна арестов профилактируемых лиц КГБ за антисоветскую агитацию, хранение и распространение печатных изданий атисоветского содержания, распространение клеветнических измышлений, порочащих советский государственный и общественный строй, религиозную пропаганду вне церквей и монастырей… Борьбу против «идеологических диверсантов» развернули на «должном профессиональном уровне».

Незаметно и тихо для огромной страны промелькнула тень Контсантина Черненко. Было очевидно, что идеологические каноны нуждаются в тщательном пересмотре, а экономика подошла к той черте, когда изменений требуют все без исключения стороны хозяйствования.
Ни времени, ни команды

Первым, кто вынужденно, но здраво оглянулся на пройденный страной Советов путь и понял, что репрессиями облезлый фасад «ума, чести и совести нашей эпохи» уже не подправить, не укрепить, стал ставрополец М.С. Горбачев.

На свободу выпустили политических заключенных - жертв карательной психотерапии, отправленных на принудительное лечение, возобновилась работа комиссии по реабилитации невинно осужденных, стали восстанавливать храмы, открывать приходы, снимались ограничения на выезд за границу. Символом политической рефомы стала отмена 6-й статьи Конституции СССР, фактически закреплявшей монополию КПСС. Рухнул железный занавес. Страна стала освобождаться от генетического страха, поселившегося в умах и душах.

Возвращались запрещенные к показу фильмы, интеллигенция зачитывалась Анатолием Рыбаковым, Владимиром Дудинцевым, Александром Беком, публиковались белоэмигрантские авторы. Плоды гласности ощутила пресса, по капле выдавливая из себя раба, отбрасывая большевистские штампы. Страна, словно вырвавшись из удушливой газовой камеры, лихорадочно хватала ртом воздух, стараясь отдышаться и надышаться впрок.
Именно с Горбачева началось очищение нашей истории от толстого безобразного грима, наложенного стараниями идеологов коммунистического режима. Медленно, натужно, со скрипом и яростным сопротивлением со стороны партократов, но процесс пошел.

Безусловно, управление в эпоху больших перемен государством, перегруженным хроническими проблемами, требовало огромного запаса мужества и воли, которых у первого и единственного президента СССР не всегда доставало. Чего только стоило поставить на прочные рельсы разбитую параличем экономику. Для этого требовалось время и надежная команда. Ни того ни другого у Горбачева не оказалось.
Именно с Горбачева началось очищение нашей истории от толстого безобразного грима, наложенного стараниями идеологов коммунистического режима. Медленно, натужно, со скрипом и яростным сопротивлением со стороны партократов, но процесс пошел.

Безусловно, управление в эпоху больших перемен государством, перегруженным хроническими проблемами, требовало огромного запаса мужества и воли, которых у первого и единственного президента СССР не всегда доставало. Чего только стоило поставить на прочные рельсы разбитую параличем экономику. Для этого требовалось время и надежная команда. Ни того ни другого у Горбачева не оказалось.

Путч ГКЧП, хотя и провалившийся, породил волну политического экстремизма. Все чаще заявляли о себе одиозные личности, по стране прокатились антигорбачевские и антисоюзные митинги, центробежные процессы уверенно набирали силу.
В декабре 1991-го состоялось тайное и обманное подписание Беловежского соглашения, означавшего, что Союз ССР как субъект международного права и геополитической реальности перестал существовать. Перспективному проекту союзного конфедеративного государства реализоваться было не суждено.

На смену партийным номенклатурщикам КПСС пришли люди еще более циничные и аморальные. Люмпенизация общества достигла катастрофических масштабов, раболепие прочно въелось в тайные глубины подсознания российского гражданина. Современная эпоха, как губка, впитала в себя грехи и преступления прошлого. Путь исторического прозрения, осмысления себя оказался прерван.
Он - явление нашей жизни

Шесть лет назад автор встретился с великим поэтом нашей эпохи, не так давно ушедшим из жизни Андреем Дмитриевичем Дементьевым. Известно, что его связывали давние дружеские отношения с Горбачевым. Вот небольшой отрывок из той беседы:

- Андрей Дмитриевич, часто видитесь с Михаилом Сергеевичем?

- Недавно был у него на 80-летии - не в Лондоне, а в Москве, и еще раз отметил, сколько в нем душевной чистоты и человечности, что для политика его масштаба невероятная редкость.

- И все же он политик, и правила игры выбирать не волен.

- Политик, но изнутри насквозь интеллигент. В этом я убедился, когда работал еще в знаменитой «Юности». В начале 1970-х Борис Полевой, тогда главный редактор, пригласил меня стать его замом. А потом уже я двенадцать лет занимал должность главного. С Михаилом Сергеевичем мы общались тогда особенно много, и доподлинно знаю: мужское слово для него не пустой звон. Хотя критиковать его, конечно, есть за что.

- Как думаете, почему Горбачев, заслуги которого признаны во всем мире, до сих пор не стал почетным гражданином Ставрополя, отдав городу много лет, где, возможно, и вызревали мысли о перестройке?


- Относиться к Горбачеву можно по-разному, но надо признать и то, что он вошел в историю международных отношений с огромным знаком плюс, он - яркая личность, явление нашей жизни. А почему нет его бюста на Аллее почетных граждан?.. Об этом лучше спросить его земляков.
И что же об этом думают земляки?

«В каждом городе есть свои почетные граждане, - говорит краевед, литературовед, музыковед, почетный работник культуры России, почетный гражданин Ставропольского края Борис Матвеевич Розенфельд. - Многих знал и знаю лично, но никак не могу понять, а что они сделали для своего родного города и края? За какие заслуги их бюсты красуются на Аллеях почетных граждан?.. Большинство из них старались только для собственного благополучия и личной славы. В моем родном Кисловодске, может, два-три человека достойны того, чтобы находиться в числе почетных.

Да, у Горбачева было множество ошибок, которые ему не могут простить. Он, мол, и промышленность развалил, и сельское хозяйство уничтожил, и страну под откос пустил… Но надо понимать, Горбачев стал заложником многих обстоятельств, и если бы его не сместили с поста президента, страна, может, смогла бы плавно встать на рельсы развития.

Для меня совершенно очевидно, что Горбачев - достойнейший человек».
Своим мнением с «Кавказ пост» поделился другой известный краевед, почетный гражданин Ставрополя Герман Алексеевич Беликов:

«Недавно я закончил очередную книгу о достойнейших людях Ставрополя, и последняя глава в ней посвящена Горбачеву. Я не беру даже тот период, когда он руководил страной - только ставропольский, сначала по комсомольской линии, потом по партийной. Сколько ведь было им сделано для края, но кто об этом знает сегодня? Кто вообще хочет это знать?!

То, что Горбачев развалил страну - один из самых живучих и нелепых мифов нашего времени. Развал страны начался с залпа «Авроры» в 1917 году - вот, откуда надо плясать тем, кто хочет разобраться в происходящем. Еще неизвестно, что стало бы с нами, окажись на посту президента СССР кто-то другой. Вешать собак, клеить ярлыки у нас умеют. Я вообще считаю, что открывать Аллею почетных граждан Ставропольского края должен бюст Горбачева.

И вопрос: почему иностранцы сделали фильм о советском политике, а у нас не нашлось никого, кто бы рассказал о Горбачева - честно и непредвзято? Есть же среди нас люди, которые могут размышлять здраво и объективно? Пусть укажут и на ошибки, просчеты, пусть дадут слово критикам.

А потому что боятся навлечь на себя гнев, показаться недальновидными, а то и предателями…».
Остается добавить, что впервые ленту «Знакомьтесь, Горбачёв» показали в сентябре на Международном кинофестивале в Торонто. В конце октября состоялась европейская премьера фильма на Международном фестивале документального кино в Лейпциге.

Перед российской премьерой в Москве руководитель пресс-службы Горбачев-фонда Павел Палажченко зачитал обращение политика:

«Сейчас мы видим попытки все это обратить вспять, отбросить мир в прошлое. И самая большая опасность - возвращение к конфронтации, начало новой гонки вооружений. Уже говорят о ядерной войне так, как будто это что-то вполне допустимое, к ней готовятся, обсуждают сценарии».
На премьере фильма побывал и сам главный герой, еще раз продемонстрировав, что внимательно следит за происходящим в мире.

«На днях я услышал, что Соединенные Штаты решили выйти из договора РСМД, - сказал Михаил Горбачев. - Я больной был, но меня это аж на ноги подняло».

Горбачёв призвал не мириться с таким положением дел и не опускать руки:

«Я верю, что новую холодную войну можно остановить, и буду все для этого делать».
Опубликовано 14 Ноября 2018 в 8:21