Происшествия Экономика Политика Общество Культура Отдых Спецпроекты Мнения

Чтобы вакцинация сыграла решающую роль, она должна быть, во-первых, очень эффективной и, во-вторых, очень массовой.

Мнения Георгий Базыкин

- Георгий, сейчас можно встретить оптимистичные прогнозы, что со временем коронавирус приспособиться к человеку так, что станет менее летальным, болезнь уже не будет столь опасной даже для групп риска. Вы как эволюционный биолог согласны?

- С точки зрения эволюционной биологии у нас нет оснований считать, что коронавирус непременно станет «добрее» или «злее». Среди вирусов, долго сосуществовавших с человеком, есть как легкие - например, риновирусы, так и смертоносные - например, вирус оспы. Да, возможны мутации, которые будут изменять, в том числе облегчать тяжесть заболевания, но они не обязательно будут закрепляться и распространяться. Мы не знаем точно, чего именно ожидать. Появятся ли изменения, вызывающие более тяжелые формы болезни, или, наоборот, более легкие - неизвестно. Предпосылок ни для того, ни для другого ученые сегодня не видят.

Прямо сейчас мутации вируса - не самая большая проблема. Инфекция и так достаточно тяжелая и неприятная уже в том виде, в каком она есть. Нам надо попытаться победить тот вирус, который существует, не слишком отвлекаясь на беспокойство из-за возможных изменений его свойств в результате дальнейших мутаций.

КАКАЯ ВАКЦИНА НУЖНА ДЛЯ ОСТАНОВКИ ЭПИДЕМИИ

- Главным оружием для победы называют вакцину. Но мы пока окончательно не убедились в ее эффективности, клинические исследования продолжаются. И появились вот какие опасения: если прививка будет работать слабо, то «недобитый» вирус смутирует так, что станет более опасным и устойчивым. Примерно как бактерии, которые «усиливаются» при неполном курсе антибиотиков.

- Во-первых, надо подчеркнуть, что никакие из испытываемых сейчас вакцин не содержат в себе «живой» коронавирус. Поэтому можно говорить только о мутациях в том вирусе, который попадает в нас после вакцинации.

Если вакцина окажется неэффективной, то с ней может быть связан большой спектр разных проблем. Однако таких примеров, когда неэффективная вакцина приводила к возникновению более опасной формы вируса, история не знает.

Более насущные опасения - что прививка не будет работать, защищать от вируса или же что появятся отложенные нежелательные побочные эффекты. Чтобы удостовериться, что таких проблем нет, как раз нужны полноценные клинические исследования.

- Если вакцина будет защищать от тяжелых осложнений, но заражаться люди все равно будут - это считается эффективной прививкой?

- Конечно, такая вакцина все равно будет полезной. Но с эпидемиологической точки зрения нас интересует способность предотвращать дальнейшие передачи от того человека, который вакцинирован.

- То есть для остановки эпидемии прививка должна исключать заражения?

- Да. В целом, чтобы вакцинация сыграла решающую роль, она должна быть, во-первых, очень эффективной и, во-вторых, очень массовой. Должны быть привиты многие десятки процентов населения. Условно говоря, если ваша вакцина имеет 75-процентную эффективность, то для остановки эпидемии нужно привить 80% всего населения страны. И когда удастся произвести такое количество эффективной вакцины и применить ее, тогда можно будет более-менее расслабиться.

ВОПРОС В ТЕМУ

Оправданы ли жесткий карантин и защитные маски

- Не прекращаются споры о том, насколько жесткие ограничения нужны для борьбы с вирусом, пока нет вакцины. Немало сторонников у «шведской модели», где не закрывали заведения общепита и строгого карантина, как во многих других странах, не было. При этом летальность там одна из самых высоких в Европе. Какой подход можно считать более оправданным на взгляд эволюционного биолога?

- В отсутствие вакцины мы должны продолжать пытаться замедлить распространение эпидемии. Ни о каком серьезном коллективном иммунитете пока речь не идет, коронавирусом переболела лишь очень небольшая доля населения на земном шаре. В России официально зарегистрирован миллион случаев. Допустим, что с учетом недооценки (не все обращаются к врачу, тестируются, часть случаев проходит бессимптомно и т.д.) в реальности может быть три, пять, десять миллионов переболевших. Но заведомо не сто миллионов, и это означает, что если мы отпустим все тормоза, дадим эпидемии развиваться по ее собственным законам, то Россия пожертвует десятками тысяч жизней. В основном это будут жизни людей старшего поколения и людей, находящихся в группе риска. Но не только: коронавирус опасен и для более молодых людей тоже. Готовы ли мы заплатить такую цену?..

Поэтому я думаю, что сейчас меры, которые направлены на замедление передачи вируса, оправданы. Каждый раз, когда вы надеваете маску, вы предотвращаете, возможно, одну передачу коронавируса. И вносите свой вклад в сдерживание эпидемии.

ПЕРСПЕКТИВЫ

Геномная эпидемиология поможет точно узнать последствия открытия границ

- Георгий, вы занимаетесь геномной эпидемиологией, говорят, эта передовая область науки открывает для человечества большие перспективы. Чем она нам может помочь в связи с пандемией коронавируса?

- Самое главное, что мы сможем сделать и что сейчас уже делается - это использование геномных данных для эпидемиологических расследований.

Представьте себе, что люди, выписывающиеся из какой-либо больницы, оказываются положительными по коронавирусу. Вопрос: это случайное совпадение или в больнице развивается вспышка, которую вы пока что не засекли? Точно ответить можно только с использованием геномных данных. Мы можем исследовать варианты вируса у разных пациентов. Если эти генетические варианты почти идентичны, скорее всего, произошла одна общая вспышка в данной больнице. А если варианты вируса заметно различаются, нужно искать другие источники инфекции. Это очень важно для контроля и сдерживания эпидемии.

Другой пример. Сейчас Россия начинает приоткрывать границы, и появляется вероятность завоза коронавируса из-за рубежа. Будет ли на самом деле какая-то доля случаев инфекций завозными или это все продолжение передачи внутри страны? Установить истину помогут опять-таки геномные данные. Но их нужно гораздо больше, чем у нас есть сейчас. Пока в России прочитаны всего несколько сотен геномов, я очень надеюсь, что в ближайшее время удастся довести это число до тысячи, а в идеале хотелось бы до десятков тысяч. Так же, как это сейчас сделано, например, в Великобритании.

По материалам "КП"


* Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.
logo
Поделиться
Facebook ВКонтакте Twitter Одноклассники Телеграм
Сделайте «Кавказ Пост» своим источником в Яндекс.Новостях

Новости партнёров

Новости СМИ2